Ана­ли­ти­че­с­кая пра­во­вая по­мощь для ИП, ма­лых и сред­них ком­па­ний в на­хо­ж­де­нии оп­ти­ма­ль­ных «бе­лых» ­пра­во­вых ре­ше­ний по про­е­к­там ВЭД и в РФ, в рам­ках и на усло­ви­ях доб­ро­со­вест­ных прак­тик, сов­мес­ти­мо­сти дело­вых под­хо­дов и мен­та­ли­те­тов и в парт­не­р­с­ком фор­мате услуг на­пря­мую кли­енту без по­сред­ников.

НОВОСТИ И АНАЛИТИКА ПО СТРАНИЦЕ

Бизнесмен, который недобросовестно ведет или прерывает переговоры, обязан возместить потенциальному контрагенту убытки от незаключенного договора. Такое положение может быть закреплено в новом Гражданском кодексе. Впрочем, предприниматели к такой "справедливости" относятся пока настороженно: при всех плюсах нововведения бизнес могут заставить выплачивать астрономические суммы, если потенциальные убытки от срыва переговоров приравняют к стоимости контракта.

Практики, когда компании используют затягивание переговоров для того, чтобы сорвать контракт контрагента с третьими лицами, или когда топ-менеджмент наживается на предоставлении конфиденциальной информации о предстоящей сделке, попали в поле зрения разработчиков нового Гражданского кодекса (ГК). В проекте кодекса есть норма, которая заставит предпринимателей платить за то, что они ведут переговоры недобросовестно.

Под критерий недобросовестности подпадет как вступление в переговорный процесс "с намерением не заключать контракт", так и сообщение "заведомо ложных сведений относительно условий возможного договора". За разглашение конфиденциальных сведений, которые стали известны в процессе подготовки контракта, а также за использование их в своих целях такие предприниматели также могут ответить рублем.

По мнению бизнеса и юристов, предлагаемая норма может быть востребованной. Переговоры часто срываются из-за того, что контрагент осуществляет неэтичное давление или некультурно себя ведет, говорит адвокат МКА "Князев и партнеры" Владимир Юрасов. Львиная доля переговоров ничем не заканчивается, и 90% потенциальных контрактов идет в корзину, потому что открываются новые обстоятельства или выдвигаются неприемлемые условия, добавляет председатель "Деловой России" Борис Титов.

При этом доказать недобросовестность сорвавшего переговоры партнера порой весьма сложно. "В арбитраже любят документальные подтверждения, но что ими может являться? Протокол общего собрания учредителей, где написано "давайте войдем в переговоры, а потом резко откажемся"? Я сомневаюсь, что такой документ вообще может появиться", - рассуждает г-н Юрасов.

В российский деловой оборот пытаются ввести защиту так называемого заверения. Того, что в английском праве называется representations, когда в преддоговорном порядке заверяются обстоятельства, необходимые для вступления в сделку, считает старший юрист Goltsblat BLP Антон Панченков. "Например, я приглашаю кого-то заключить сделку и заверяю противоположную сторону, что в отношении объекта покупки нет никаких судебных споров. Недобросовестностью будет наличие таких споров", - объясняет он. Если другая сторона несет убытки от передачи ей недостоверных сведений, то она сможет потребовать взыскания убытков в судебном порядке.

Финансово применение новой нормы может ударить лишь по малому бизнесу. "Переговорные чернила и бумага, услуги секретаря, ведущего протокол, билеты и проживание в гостинице стоят копейки, но для малого бизнеса такие расходы могут быть немаловажны", - замечает г-н Титов. По его мнению, опасаться стоит другого: норма нового ГК позволяет приравнивать потенциальные убытки от срыва переговоров к стоимости контракта. "Суммы могут быть просто астрономическими", - прогнозирует он.

Источник: rbc, astera.ru 10.04.2012